Превосходство и величие жизненной силы Бога

Линь Лин (провинция Шаньдун)

Я родилась в бедной сельской семье, и поскольку у нашей семьи не было ни власти, ни высокого положения, с самого раннего возраста окружающие смотрели на меня свысока, часто издеваясь надо мной. Каждый раз, когда это происходило, я чувствовала себя особенно униженной и несчастной и с нетерпением ждала того дня, когда явится какой-нибудь спаситель, который изменит мою судьбу. После моего замужества, из-за того, что жизнь была трудной, а сын часто болел, мои соседи стали мне рассказывать о вере в Иисуса. Узнав о том, что Господь Иисус может спасти от страданий и бед тех, кто пребывает в муках, я была очень взволнована. Я почувствовала, что наконец нашла своего Спасителя, и с тех пор верила в Иисуса, с энтузиазмом посещала собрания и слушала проповеди везде, где только возможно. Но со временем я осознала, что церкви все сильнее приходят в запустение, а зависть, споры и интриги среди верующих становятся все более серьезными. Они ничем не отличались от остального общества. Я была сильно разочарована, та вера, которую я испытывала поначалу, постепенно угасла, и я больше не ходила на собрания.

В 2000 году одна сестра поведала мне о Евангелии последних дней Всемогущего Бога. Когда я узнала, что Всемогущий Бог — это возвратившийся Господь Иисус, ту радость, которую я ощутила в своем сердце, невозможно было выразить словами. Каждый день, когда у меня было время, я брала в руки Божье слово и читала его с той же жадностью, с какой голодный ест. Искренность Божьих слов согревала и утешала меня. Я ощущала заботу Создателя, Его милость и спасение для меня, мой жаждущий дух обрел полив и пропитание. После этого я стала жить в большой семье Церкви Всемогущего Бога, где вместе с братьями и сестрами посещала собрания и выполняла свои обязанности. Орошаясь и питаясь словом Всемогущего Бога, мы все стремились к истине, между братьями и сестрами царили любовь и взаимопомощь. Здесь не было места интригам, обману, презрению к бедности и любви к богатству, а уж тем более оскорблениям и притеснениям. В Церкви Всемогущего Бога я по-настоящему наслаждалась счастьем и радостью, которых никогда раньше не испытывала. Однако за свою веру во Всемогущего Бога я была арестована коммунистическими властями, подверглась жестоким пыткам, а затем на год была заключена в тюрьму. В логове этого мрачного беса именно слово Всемогущего Бога давало мне веру и силу, шаг за шагом побуждало меня одолевать сатану и вырываться из уз смерти.

В ночь на 24 августа 2009 года я только начала засыпать, когда меня внезапно разбудил яростный стук в дверь. Прежде чем я успела отреагировать, 7 или 8 полицейских вышибли дверь и вломились в комнату. Ворвавшись, они закричали: «Не двигаться! Вылезай из кровати и следуй за нами!» Не успев толком одеться, я услышала щелчок фотоаппарата, так как меня снимали. Затем полиция, обыскивая дом, перевернула его вверх дном, не пропуская ни одного клочка бумаги. Очень скоро в доме воцарился такой беспорядок, словно в нем шарили налетчики. Все валялось на полу, нельзя было пройти. После этого трое полицейских силой потащили меня к ожидавшему на улице фургону.

Доставив меня в полицейский участок, они заставили меня встать лицом к стене. Один полицейский суровым тоном стал допрашивать меня: «Рассказывай правду о своей вере во Всемогущего Бога! Какова твоя роль в церкви? Кто твой руководитель? Где он? Рассказывай все!» Без всякого страха я ответила: «Я ничего не знаю!» Их разочарование тут же сменилось яростью. Они стали пинать меня ногами, выкрикивая оскорбления и угрожая: «Если расскажешь, мы тебя отпустим, а если нет, то забьем до смерти!» С этими словами они толкнули меня на металлический стул с большим ограничителем, который они тут же и заперли на замок. Видя, с какой демонстрацией силы проходил мой арест, а также изуверские выражения лиц этих злых полицейских и сердитые взгляды, направленные на меня, видя, что они обращаются со мной, беззащитной женщиной, словно я совершила ужасное преступление, я не могла не поддаться панике и страху. Я думала: «Каким образом они собираются мучить меня? Если они действительно станут пытать или бить меня, что я буду делать?» Я не могла удержаться от отчаянной безмолвной мольбы Богу: «Всемогущий Боже! Мой духовный рост воистину слишком мал, и в окружении сатанинских сил зла я испугалась. Я прошу Тебя дать мне веру и силу. Защити меня, чтобы я не склонила голову перед сатаной и этими бесами, и чтобы я могла оставаться непоколебимой и свидетельствовать о Тебе!» Тогда-то я и вспомнила Божьи слова: «Вам следует знать, что все сущее в среде обитания вокруг вас находится там с Моего позволения, Я устраиваю это. Ясно представляйте себе и угождайте Моему сердцу в той окружающей среде, которую Я вам даровал. Не бойся, Всемогущий Бог воинств непременно будет с тобой, Он — страж позади вас, и Он ваш щит» (Глава 26, «Слова Христа в начале эпохи» в книге «Слово является во плоти»). Да, все, что происходило со мной в тот день, было дозволено Божьим престолом, поэтому, хотя я и была заперта в бесовском логове и столкнулась со стаей злобных бесовских извергов, я сражалась не одна; со мной был Всемогущий Бог. Я могла положиться на Него, Он был моей крепкой опорой, так чего же мне было бояться? Думая обо всем этом, я больше не чувствовала робости и страха, у меня были силы биться с сатаной до конца, и я поклялась, что буду стоять твердо и свидетельствовать о Боге, даже если это будет стоить мне жизни!

Затем полицейские стали добиваться моего признания с помощью пыток. Утром первого дня на меня надели наручники, а когда меня повели брать анализ крови, полицейские с силой поволокли меня за собой, заставляя острые края наручников впиваться в мою плоть. Вскоре кожа на моих запястьях была исколота, а боль стала пронизывающей и интенсивной. После этого меня приковали наручниками к батарее и, боясь, что я убегу, затянули наручники так туго, что мои запястья превратились в кровавое месиво. Эти злые полицейские допрашивали меня снова и снова, тщетно пытаясь заставить меня разгласить информацию о церкви, но поскольку я каждый раз говорила, что ничего не знаю, они приходили в ярость и теряли самообладание. Один из них сердито вышел вперед и сильно ударил меня по лицу. Из моих глаз мгновенно посыпались искры, я чуть не потеряла сознание, у меня застучали зубы, и невольно потекли слезы. Увидев, что я плачу, но по-прежнему отказываюсь говорить, полицейский в ярости скорчил гримасу, безжалостно схватил несколько прядей моих волос, намотал их на руку, а затем с силой ударил меня затылком о стену. От этого жестокого удара у меня закружилась голова и зазвенело в ушах. Его ярость все еще не была утолена, он ударил меня несколько раз подряд и сердито крикнул: «Я заставлю тебя плакать! Вот что тебе будет за то, что не говоришь!» С этими словами он свирепо впечатал свой ботинок в мою ногу. Подвергшись жестоким избиениям и пыткам этих дьяволов, я не могла пошевелиться от боли. Я лежала на полу без движения, словно вот-вот умру. Увидев мое состояние, полицейские разразились потоком ругательств и ушли, хлопнув дверью. После полудня меня подвергли еще большему количеству таких же жестоких избиений, пытаясь заставить меня разгласить информацию о церкви. После нескольких подобных допросов я ощутила тошноту и головокружение, а в теле была такая боль, что, казалось, оно сейчас просто развалится. Мне казалось, что я могу умереть в любой момент. Но эти злые полицейские ни в малейшей степени не уклонились от своего допроса. Не имея ни капли человечности, они с помощью зажигалки обожгли мне ноги, на которых сразу же появились два больших волдыря. Боль была такой, что я не могла удержаться от слез. В муках я села на пол и смотрела на этих злых полицейских, все они со звериной яростью таращились на меня, словно бесы подземного мира, не желающие ничего, кроме как разорвать меня в клочья, и я не могла не ощутить слабость. Я мысленно жаловалась Богу: «Всемогущий Боже, когда же эти злые полицейские перестанут мучить меня? Я в самом деле уже не могу больше держаться…» Я чувствовала такую слабость, что готова была потерять сознание и не могла удержаться от мысли: «А что, если я просто скажу им что-то одно? Тогда ведь мне не придется страдать…» Но тут же я подумала: «Если я скажу хоть что-то, я стану Иудой, а значит, предам Бога». В сердце у меня шла жестокая борьба, и именно тогда я вспомнила Божьи слова: «Вам следует делать то, что приятно для всех, что полезно для всех людей и для вашего собственного предназначения, в противном случае тот, кто пострадает в разгар бедствий, будет не кто иной, как ты сам» («Тебе надлежит подготовиться к своему предназначению достаточным количеством добрых дел» в книге «Слово является во плоти»). «Я больше не буду проявлять милосердие к тем, кто не проявил ни капли верности Мне во времена бедствий, поскольку Моё милосердие простирается лишь до сего момента. Вдобавок у Меня нет симпатии к тем, кто хоть раз предал Меня, а с теми, кто распродаёт интересы друзей, у Меня и подавно нет желания объединяться. Таков Мой характер, вне зависимости от того, кем может быть тот или иной человек» («Тебе надлежит подготовиться к своему предназначению достаточным количеством добрых дел» в книге «Слово является во плоти»). Божьи слова были внезапной вспышкой осознания. Я не могла не вздрогнуть от своих предыдущих мыслей. Я стала размышлять: «Сегодня мне выпали сатанинские гонения, и вместо того, чтобы думать о том, как полагаться на Бога, чтобы победить этих дьяволов, как оставаться стойкой и свидетельствовать о Нем, я вместо этого беспокоилась о своей собственной плоти. Разве это не делает меня эгоистичной и презренной? Бог праведен и свят, и если бы я продала братьев и сестер и стала жалким Иудой, разве не оскорбила бы я Божий характер и тем самым не навлекла бы на себя погибель? Воля Бога, позволившего этим злым полицейским пытать меня сегодня, состоит в том, чтобы я отчетливо увидела бесовскую сущность КПК, которая отчаянно противится Богу и делает из Бога врага, чтобы я могла сильнее обращать свое сердце к Богу, поддерживать свою верность Богу, оставаться непоколебимой и свидетельствовать о Боге». Сделав такие выводы, я ощутила сожаление и вину за свое непослушание. Я желала покаяться перед Богом. Как бы ни терзала и пытала меня полиция, я отказывалась потворствовать своей плоти. Я хотела повиноваться только Божьему руководству и обустройству, переносить все страдания, оставаться стойкой и свидетельствовать о Боге, чтобы своими деяниями доказать Ему свою преданность. Даже если бы это стоило мне жизни, я не стала бы Иудой и не предала бы Бога! До тех пор, пока у меня остается хотя бы один вздох, я никогда не сдамся и не уступлю сатане! В тот вечер эти злые полицейские приказали мне сесть на пол с вытянутыми ногами, а затем с силой подняли вверх мои руки, скованные за спиной наручниками, и я тут же почувствовала сильную боль в руках и в уже израненных запястьях. Обезумев от гнева, полицейские подняли вверх вентилятор и направили его на меня, обдувая мое тело струей холодного воздуха. Мне было так холодно, что меня постоянно била дрожь, а во рту стучали зубы. В этот период у меня были месячные, и вместо того, чтобы позволить мне поменять прокладку, злые полицейские потребовали, чтобы я «облегчалась» прямо в штаны. Но даже на этом злодеи не остановились. Они принесли прут и стали хлестать им по всему моему телу, оставляя от каждого удара кровавый след. Было так больно, что я попыталась уворачиваться, но, увидев, что я уклоняюсь от ударов, полицейские избили меня еще более злобно, говоря: «Посмотрим, заговоришь ли ты теперь! Сегодня ночью ты станешь калекой!» Жестокость и порочность этих полицейских была отвратительна, но благодаря Божьему водительству и защите я не подчинилась им, и они ничего не добились на этом сеансе допроса.

В течение нескольких дней жестоких допросов офицер из бригады национальной безопасности продолжал притворяться «хорошим полицейским», тщетно пытаясь с помощью мягкой тактики заставить меня предать церковь. У него было слащавое, мягкое выражение лица, он налил мне воды, принес яблоко и с фальшивой добротой сказал: «Ужасно жаль, что ты подвергаешься таким мукам в таком молодом возрасте. Просто расскажи нам то, что мы хотим знать, и это может прекратиться. Ты сможешь поехать домой. Твой муж и сын с нетерпением ждут встречи с тобой!» Поначалу он показался мне приятным, но он был более порочным и зловещим, чем любой из них. Когда он увидел, что я не собираюсь ему ничего рассказывать, его лицо исказил свирепый оскал, полностью раскрывая его истинную звериную сущность, и он начал пытать меня еще более жестоко и беспощадно. Он привел меня в главный зал полицейского участка, где заставил два часа сидеть в углу на морозном воздухе, а когда вернулся и позвал меня, то решил, что я недостаточно громко отвечаю, поэтому заставил меня вытянуть ноги, а затем злобно топнул по коленям, после чего грубым жестом поднял мои руки, которые были скованы наручниками за спиной. Я услышала хруст в пояснице, затем ощутила душераздирающую боль и закричала, а потом и вовсе перестала чувствовать поясницу. Я и представить не могла, что мой крик разозлит этого дьявола. Он яростно заорал на одного из своих прихвостней: «Возьми тряпку и заткни ей рот, чтобы больше не кричала!» Они принесли вонючую, грязную тряпку и затолкали ее мне в рот, отчего меня чуть не вырвало. Заталкивая тряпку в мой рот, он кричал мне: «Держи ее в зубах! Только попробуй выбросить тряпку!». При взгляде на этих мерзких животных в душе моей не было ничего, кроме жгучей ненависти. Я ненавидела их так сильно, что у меня не осталось слез. Затем этот дьявол офицер продолжил допрашивать меня, и когда он увидел, что я так ничего и не собираюсь рассказывать ему, то снова стал давить мне на ноги, поднимая при этом вверх мои скованные наручниками руки. От сильной боли меня прошибал холодный пот, и я невольно снова вскрикнула. Видя, что я все так же молчу, он скомандовал своим прихвостням: «Уведите ее!» Двое полицейских подняли меня с земли, но к этому моменту я уже не могла выпрямиться в пояснице. Мне пришлось идти медленно, согнувшись, по шагу за раз. Из-за сильнейшей боли слабость, безнадежность и беспомощность снова закрались в мое сознание. Я не знала, сколько еще смогу продержаться, поэтому снова и снова беззвучно молилась, взывая к Всемогущему Богу о защите, чтобы я не предала Его, даже если мне придется умереть.

После этого мне показалось, что, что Всемогущий Бог проникся тем, насколько я ослабла, и смилостивился надо мной и все это время тайно оберегал меня. Когда эти злые полицейские снова пришли меня допрашивать, они пригрозили мне: «Если не заговоришь, мы отведем тебя в другое место и посадим на электрический стул. Как только мы включим ток, ты вырубишься, и даже если не умрешь, то останешься калекой!» Услышав слова злого офицера, я не могла не испугаться. Мне казалось, что действительно не выдержу такого бесчеловечного обращения, поэтому незамедлительно помолилась Богу, и в тот же миг вспомнила Божьи слова: «Когда люди готовы пожертвовать своей жизнью, все становится малозначимым, и никто не может одержать над ними верх. Что может быть более важным, чем жизнь?» («Глава 36», «Толкования тайн в Словах Бога ко всей вселенной» в книге «Слово является во плоти»). Да, моя жизнь была в Божьих руках. Бог повелевает и управляет ею, и не от полицейских зависело, буду я жить или умру. Если, невзирая ни на что, я таки претерплю до конца, то смогу одолеть сатану. В тот момент я была исполнена веры и готова не пожалеть жизни, отдать ее в руки Бога и повиноваться Божьему руководству и обустройству. Я и представить не могла, что именно тогда я услышу, как один из этих злых полицейских скажет, что электрический стул на самом деле сломан, и что ток включить нельзя. В тот момент я глубоко осознала, что Всемогущий Бог пребывает со мной в каждый миг. Несмотря на то, что я находилась в бесовском логове, Бог оставался рядом. Он позволил мне испытать страдания, но не позволил этим сатанинским бесам забрать мою жизнь. Я возблагодарила Всемогущего Бога за Его чудесную защиту и за то, что дал мне избавление! Моя вера стала тверже, и я была готова перенести любые страдания, чтобы оставаться стойкой и свидетельствовать о Боге. Эти бешеные полицейские пытали и допрашивали меня шесть дней и пять ночей, не давая ни есть, ни пить, ни спать. Благодаря этому я ясно увидела, что коммунистические власти — не что иное, как шайка головорезов и бандитов. Быть под их контролем — значит быть под контролем безжалостных жестоких дьяволов, и без заботы и защиты Всемогущего Бога они замучили бы меня до смерти. Несмотря на то, что злые полицейские несколько дней не давали мне ни есть, ни пить, ни спать, а также истязали меня всеми возможными способами, я совсем не чувствовала ни жажды, ни голода, ни усталости. Офицеры бригады национальной безопасности сказали, что никогда не видели, чтобы кто-то из молодых выдержал бы столько дней. Я прекрасно осознавала, что мою плотскую оболочку поддерживала безмерная жизненная сила Всемогущего Бога, обеспечивающая мне жизнь и дающая мне силу упорствовать до конца. Как сказал Господь Иисус: «Не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих» (Мф. 4:4). Слово Всемогущего Бога гласит: «Бог Своей жизнью обеспечивает все сущее, живое и неживое, приводя все в надлежащий порядок Своей силой и властью. Это истина, которую никто не может постичь или уразуметь, и эти непостижимые истины являются самим проявлением и свидетельством жизненной силы Бога» («Бог — источник жизни человека» в книге «Слово является во плоти»).

После того как полицейские увидели, что жесткая тактика не работает, они решили попробовать мягкую тактику. Меня пришел допрашивать сам начальник бригады национальной безопасности. Он заискивающе и осторожно снял с меня наручники, пригласил сесть и «мягко» сказал: «Какая же ты глупая. Ты ведь не какое-то там высокий чин в церкви. Они предали тебя, а ты тут за них отдуваешься. Неужели оно того стоит? Кроме этого, из-за твоей веры во Всемогущего Бога, в будущем и на твоего сына будут распространяться ограничения по поступлению в ВУЗ, при приеме на военную или государственную службу. И твоему мужу нет до тебя дела. Возможно, он уже нашел себе другую и бросил тебя… Дело в том, что мы уже в курсе твоей ситуации. Даже если ты ничего нам не скажешь, мы все равно можем обвинить тебя в преступлении, потому что это страна китайской компартии. Мы решаем, что будет дальше. Также мы решаем, на сколько дней тебя задержать. Даже если ты помрешь здесь, нам ничего за это не будет, так что лучше тебе сознаться! Китай отличается от других стран. Даже если ты ничего нам не расскажешь, мы все равно можем обвинить тебя в преступлении и вынести приговор». Слушая, как он всевозможными способами пытается соблазнить меня, изображая доброту, мое сердце поочередно то выскакивало из груди, то замирало, и я чувствовала себя особенно несчастной. Я не знала, что делать, поэтому в сердце своем взывала: «Всемогущий Боже! Ты знаешь, что мой духовный рост слишком мал, и что мне слишком многого недостает. Я не знаю, как пережить и как принимать подобные обстоятельства. Я прошу о Твоем наставлении». И как раз тогда я снова нашла указание в Божьих словах: «Во все времена Мой народ должен остерегаться хитроумных замыслов сатаны… Это предотвратит ваше падение в сатанинский капкан, когда для сожалений будет уже слишком поздно» (Глава 3, «Слова Бога ко всей вселенной» в книге «Слово является во плоти»). «Ради Меня ты также не должен поддаваться ни одной из темных сил. Положись на Мою мудрость, чтобы ступать совершенным путем; не позволяй утвердиться сатанинским заговорам» (Глава 10, «Слова Христа в начале эпохи» в книге «Слово является во плоти»). Божьи слова осветили мое сердце, и я обнаружила практический путь. Я подумала: «Ну конечно! Это сатана своими психологическими приемами пытался одурманить меня и сбить с пути. Мне следует различать его уловки, побеждать его мудростью и не позволять себя одурачить. Все сущее и все дела находятся в руках Бога. Даже если я просижу в тюрьме так долго, что прутья решетки заржавеют, мне никак нельзя подчиняться сатане и предавать Бога!» Теперь мне было гораздо понятнее, что делать. Несмотря на провокации и искушения, я молча сидела, молилась и успокаивала свое сердце в Божьем присутствии. Затем я сердито сказала полицейскому: «Я подам на вас в суд! Вы не только пытались при помощи пыток заставить меня сознаться, но и ложно обвинили меня в преступлении!» Он ответил со зловещим смешком: «Ну, я тебя не трогал. Давай, иди в суд. Это страна компартии. Никто за тебя не вступится». Его ложь заставила меня до мозга костей презирать порочное коммунистическое правительство. И этот старый дьявол действительно ни в грош не ставил ни закон, ни мораль. После этого он принес мне для опознания большую стопку удостоверений личности братьев и сестер, спрашивая, знаю ли я их, тщетно надеясь, что я их выдам. Я резко ответила: «Не знаю ни одного!» Когда он это услышал, его лицо побагровело от ярости. Он понял, что я в самом деле ничего ему не скажу и, взбешенный, ушел. В тот же день меня доставили в следственный изолятор. Там мне злобно пригрозили: «В следственном изоляторе ты будешь сидеть на корточках у воды и чистить чеснок, и через несколько дней у тебя все руки сгниют!» Говоря это, они ухмылялись и смеялись с чувством превосходства, и в их звериных выражениях я видела бесовское обличие сатаны, жестокое и злобное!

Продержав меня в следственном изоляторе целый месяц, полицейские заявили, что если я заплачу 20 000 юаней, то смогу вернуться домой. Я сказала, что у меня столько нет, и, словно торгуясь, они ответили, что вполне хватит и 10 000. Когда я сказала, что у меня нет ни копейки, их досада тут же сменилось гневом, и, глумливо ухмыляясь, они сказали: «Раз денег нет, значит, тебя ждет перевоспитание трудом! Когда ты выйдешь, твой муж тебя даже не захочет!» Я решительно ответила: «Ну и прекрасно, мне все равно!» И так, не раздумывая, они предъявили мне обвинения в «нарушении общественного порядка» и «препятствовании обеспечению правопорядка», приговорив меня к году исправительно-трудовых работ. Это еще более ясно продемонстрировало мне, что режим КПК — это не считающийся с человеческой жизнью и враждующий с Богом сатанинский бес! В этом аду на земле, в котором правят бесы, а Бога считают заклятым врагом, правящая партия являет собой божественное предписание и закон, а те, кто живет под ее властью, вообще не имеют ни прав человека, ни свободы, не говоря уже о религиозной свободе! В этот момент я не могла не вспомнить слова Всемогущего Бога: «Это нужно для того, чтобы безоговорочно дать выход распирающей вашу грудь ненависти, чтобы вытравить эти микробы плесени, чтобы позволить вам оставить эту жизнь, которая ничем не отличается от жизни вола или лошади, чтобы больше не быть рабом, чтобы большой красный дракон не мог более вольно попирать людей или командовать ими. Вы более не будете принадлежать к этой несостоявшейся нации, более не будете принадлежать гнусному большому красному дракону, вы больше не будете у него в рабстве. Гнездо бесов, безусловно, будет разорвано в клочья Богом, и вы будете стоять рядом с Богом, — вы принадлежите Богу и не принадлежите этой империи рабов. Бог издавна до глубины души питает отвращение к этому темному сообществу. Он скрежещет зубами, отчаянно желая растоптать Своими стопами этого нечестивого и гнусного древнего змея, чтобы тот уже никогда не восстал вновь и никогда больше не надругался над человеком. Бог не простит его действий в прошлом, Он не потерпит его обмана в отношении человека, Он сведет счеты по каждому из его грехов, совершенных на протяжении веков. Бог не проявит ни малейшей снисходительности к этому предводителю всего зла[1]. Он полностью уничтожит его» («Работа и вхождение (8)» в книге «Слово является во плоти»). В тот момент меня одновременно переполняли печаль и гнев, потому что я видела, насколько китайское правительство поистине вероломно, коварно и лживо. Оно утверждает, что придерживается таких лозунгов, как «свобода вероисповедания, обеспечение и защита законных прав и интересов граждан», но на самом деле оно, всякий раз, когда ему заблагорассудится, бессовестно мешает работе Бога и разрушает ее, арестовывает, избивает, облагает штрафами и убивает тех, кто верит во Всемогущего Бога, безжалостно заставляет людей отвергать Бога, предавать Бога и подчиняться своему темному правлению. Люди созданы Богом, верить в Бога и поклоняться Ему — это естественно и правильно, но реакционное правительство КПК идет против неба и природы, пытаясь отдалить пришествие истинного Бога. Оно бесчеловечно преследует верующих в Бога, используя угрозы, приманки, ложные обвинения, вымогание признаний и пытки. Преступления правительства КПК отвратительны, ужасны и ненавистны! Его низость и зло заставили меня ненавидеть его до глубины души, и я еще больше укрепилась в мысли, что скорее умру, чем последую за ним, а моя вера и решимость следовать за Всемогущим Богом и идти в жизни правильным путем стала еще тверже, чем когда-либо.

В августе 2010 года я была освобождена после отбытия наказания. Вернувшись домой, я узнала, что пока я отбывала наказание, мой муж тоже находился под наблюдением полиции в течение года. На протяжении этого года по вечерам позади нашего дома очень часто находились полицейские в штатском, следя за действиями мужа, шпионя за ним и ведя наблюдение за домом, лишая моего мужа возможности вернуться домой или найти место, где он мог бы чувствовать себя в безопасности. Днем ему приходилось работать на улице, а ночью спать в куче дров возле нашего дома, из-за чего он был лишен спокойного сна. После своего освобождения я обнаружила, что эти полицейские прихвостни распространяли в поселке слухи обо мне, подстрекали всех в поселке отвернуться от меня и послали руководительницу поселкового комитета Федерации женщин следить за мной. Они также потребовали от меня расписку о невыезде за пределы города. Они лишили меня всякой личной свободы. После того, как я пробыла дома месяц, трое или четверо полицейских снова вынудили меня отправиться на допрос в бригаду национальной безопасности. Меня снова заперли на металлическом стуле и пытались заставить рассказать им информацию о Церкви Всемогущего Бога. Когда мои родственники пришли забрать меня, им высокомерно заявили: «Если хотите, чтобы ее освободили, вам нужно заплатить штраф в размере 20 000 юаней или заставить ее рассказать нам информацию о Церкви Всемогущего Бога. Иначе ее приговорят к пяти годам трудового перевоспитания!» У моей семьи не было столько денег, поэтому они вынуждены были беспомощно вернуться домой. Я хорошо понимала, что эти бесы снова хотят использовать арест для того, чтобы заставить меня предать Бога, поэтому в сердце своем я незамедлительно обратилась к Богу с молитвой: «Всемогущий Боже, сегодня сатана снова применяет свои козни, тщетно надеясь заставить меня предать Тебя, но я не позволю им обмануть меня. Неважно, сколько лет мне придется отработать, я буду твердо стоять в свидетельстве, чтобы угодить Тебе». Как только я поклялась в сердце своем оставаться твердой в свидетельстве, несмотря ни на какие страдания, я увидела чудные дела Божьи: поняв, что они ничего не добьются от своего допроса, эти злые полицейские отпустили меня в тот же вечер. Я возблагодарила Всемогущего Бога за то, что он открыл мне путь и снова спас меня от когтей сатаны.

В разгар жестоких гонений режимом КПК я даже представить не смела, что выберусь живой. Без наставления слова Всемогущего Бога, без заботы и защиты Всемогущего Бога, без бесконечной силы, которую давал мне Бог, эти бесчеловечные бесы в любой момент погасили и поглотили бы мою слабую жизнь, и мне не устоять бы перед сатаной. Это заставило меня по-настоящему понять власть и силу слов Всемогущего Бога, позволило мне почувствовать превосходство и величие жизненной силы Всемогущего Бога, испытать настоящую любовь Бога и бескорыстное жизненное обеспечение для меня! Именно Всемогущий Бог снова и снова вел меня, чтобы я могла преодолеть искушения сатаны, подняться над моим страхом смерти и выйти из этого ада на земле. Я на личном опыте убедилась, что только любовь Всемогущего Бога к человечеству является подлинной, что Всемогущий Бог — Единственный, на Кого я могу положиться, что Он — мое единственное спасение. Я поклялась жизнью, что отвернусь от сатаны и отвергну его, буду стремиться к истине, вечно следовать за Всемогущим Богом и идти светлым, правильным путем в жизни!

Примечание:

1. «Предводителю всего зла» относится к ветхому дьяволу. Эти слова выражают чрезвычайную неприязнь.

По отношению распространения: Христианские свидетельства — Реальные истории из жизни